Lidings: знакомство с партнерами

Не секрет, что в большинстве юридических фирм публичными фигурами являются только несколько партнеров, как правило, основателей, тогда как другая (зачастую значительная) их часть остается в тени. Однако в настоящем партнерстве важен каждый, и то, как различные партнеры дополняют друг друга, — основа успеха фирмы на рынке. В этом номере мы хотим отойти от традиционного формата интервью с представителями юридического консалтинга. На наши вопросы отвечают все семь партнеров юридической фирмы Lidings, которая в этом году отмечает десятилетие. Мы познакомимся сначала с Сергеем Аксеновым, Андреем Зелениным и Татьяной Бичевой — первыми партнерами Lidings. Рост партнерского состава фирмы начался в 2012 году после прихода Дмитрия Гравина и назначения Степана Гузея, Сергея Патракеева и Сергея Кислова в качестве партнеров. У каждого из них своя история, которыми они поделились с нами.

СЕРГЕЙ АКСЕНОВ:

— Как появилась юридическая фирма Lidings?

— После окончания юридического вуза я возглавлял одно из направлений в небольшой российской юридической фирме. В мои обязанности входила как юридическая работа, так и взаимодействие с клиентами. В 2006 г. я нашел офис, четырех менеджеров с юридическим бэкграундом и предложил Андрею Зеленину, с которым мы раньше работали, основать общий бизнес. Так появилась юридическая фирма Lidings. Мы вышли, начали с нуля, не увели никого от прежнего работодателя. Строили бизнес сами, к моменту создания фирмы опыт моей работы в сфере юриспруденции составлял год, у Андрея — три года.

Уже в процессе работы мы приобретали менеджерские навыки, изучали иностранный опыт, общались с коллегами из-за рубежа. Пул клиентов Lidings появлялся за счет нашей маркетинговой активности, встреч, холодных звонков, питчей. Я горжусь этим.

— Сколько сегодня в фирме юристов и партнеров? Планируете ли вы расти?

— Семь партнеров и 27 юристов. Мы увеличивали численность персонала постепенно, начали активно расширять партнерский состав только в 2012–2013 гг. и планируем продолжить это.

Большинство партнеров выросли внутри фирмы, единственным привлеченным со стороны на эту должность стал Дмитрий Гравин. У нас есть все возможности для дальнейшего роста: хороший клиентский портфель, достаточный резервный фонд, прозрачная модель партнерства, прекрасная инфраструктура. Наш офис находится в Сити, где трудятся многие наши клиенты. Не надо тратить дополнительное время на client care: достаточно обедать в определенных местах и каждый день встречать двух-трех клиентов фирмы — генеральных менеджеров и глав юридических подразделений различных компаний.

— В фирме существуют практики по отраслям права и индустриальные направления. Почему было выбрано такое деление? Когда оно появилось?

— Выделение индустриальных направлений входило в наши планы еще на этапе создания фирмы: мы видели, что многие западные коллеги используют такую специализацию в качестве конкурентного преимущества. Однако на практике выделение индустрий произошло только в 2011–2012 годах, когда у фирмы расширился штат юристов и появился значительный пул клиентов.

Например, в фармацевтике было реализовано много различных проектов и накоплена хорошая экспертиза, поэтому мы выделили это направление и стали осуществлять развитие бизнеса в нем. В настоящее время за партнерами закрепляется как правовая, так и индустриальная специализация, а юристы делятся только по отраслям права.

— Вы являетесь управляющим партнером. Это означает, что большая часть вашего времени тратится на решение управленческих задач?

— Когда мы только начинали работать, я посвящал много времени практике GR и встречам с потенциальными клиентами. В настоящее время на управление фирмой уходит около 80% времени. Невозможно одновременно эффективно управлять компанией и выполнять большой объем клиентской работы. Когда говорят, что управляющий партнер юридической фирмы — это ведущий специалист в какой-то практике, мне слабо верится. Надо определиться — либо ты управляющий, либо специалист.

— В этом году фирма празднует свое десятилетие. Вы готовите что-то особенное в честь первого юбилея?

— Мы разработали и выпустили большим тиражом настольную игру «Монополия» для юристов, которая имеет свое уникальное оформление: в ней отражена специфика нашего бизнеса, многие карточки заточены под отраслевую специфику. Уверен, что это будет хорошим подарком для наших клиентов и коллег.

АНДРЕЙ ЗЕЛЕНИН:

— Почему с первых дней существования фирмы вы приняли решение работать только с иностранными компаниями?

— В то время было много работы и существовала возможность сегментировать клиентов. До создания Lidings я занимал должность старшего юриста в другой фирме и отвечал за внешнеэкономическое направление. Благодаря свободному английскому и знанию российского права мы с Сергеем могли разговаривать с юристами и менеджерами иностранного бизнеса на одном языке. С учетом незаполненности ниши и ее перспективности мы приняли решение работать только с иностранными компаниями. При этом мы могли предложить им качественные услуги по меньшей стоимости, нежели офисы международных юридических фирм. Доходило до смешного: нас часто считали иностранной структурой, говорили: «Вы ведь офис международной юридической фирмы?» и приглашали участвовать в панелях иностранных консультантов или тендерах для них. Приходилось объяснять, что у нас западная модель ведения бизнеса, но мы российская компания.

— У вас был опыт альянсов с иностранными юридическими фирмами?

— Да, это было частью нашей стратегии. Мы убеждены, что для эффективного представления интересов иностранных инвесторов в России необязательно обращаться к дорогим международным юридическим фирмам, комбинация услуг двух национальных фирм может быть не менее эффективной. Чтобы наладить сотрудничество, на основании юридических справочников мы отобрали компании, заслуживающие доверия, из ключевых стран, которые инвестировали в Россию. Мы пообщались с некоторыми из них, провели вторичный отбор. Это вылилось в турецкий и чешский проекты. Турецкий проект длился с 2008 по 2012 годы в разных форматах: сначала в нашем офисе работал адвокат из Турции, потом мы помогли коллегам открыть полноценное российское представительство. Прибыль по проектам мы делили. На определенном этапе это перестало быть интересным для нас, и мы отпустили турецких коллег в свободное плавание и начали активно развивать другие направления. Чешский проект начался позже — в 2009 году, и закончился раньше — в 2011 году, хотя принес даже большую прибыль. Мы сотрудничали с компанией, сотрудники которой ранее работали в офисе французской юридической фирмы Gide Loyrette Nouel. Таким образом, мы получили доступ не только к клиентам из Чехии, но и французскому бизнесу. Формат работы был другой: мы не открывали Czech desk, а совместно вели проекты. Например, ГЧП по водоснабжению в Томске, различные инвестиции, разрешение споров.

— Рассматривали ли вы возможность присоединения к какой-либо иностранной юридической фирме?

— Нам дважды делали подобные предложения. Первый раз — юридическая фирма из Украины в 2008 году. Тогда у нас были собственные планы по развитию практики, и такое предложение нам было неинтересно. Во второй раз — несколько позже, в 2013 году, коллеги из Великобритании — юридическая фирма Clyde & Co. Мы ездили в Лондон, встречались с партнерами головного офиса, они проводили аудит нашей деятельности с помощью ФБК, анализировали клиентский портфель и маркетинговую активность, структуру управления и собственности. Clyde & Co уже была представлена в Москве небольшой командой, консультировавшей по вопросам страхования, и, видимо, испытывала нехватку юристов в России. Нам предложили поменять название и войти в их структуру. Серьезной финансовой выгоды не подразумевалось, а вот ограничения со стороны головного офиса могли последовать. Мы решили, что это приостановит наше развитие, и отказались от предложения.

ТАТЬЯНА БИЧЕВА:

— Как вы пришли в Lidings?

— Мы учились вместе с Сергеем Аксеновым. К Lidings я присоединилась в начале 2007 года в качестве старшего юриста. Спустя год с небольшим, в 2008-м, стала партнером. До этого моя карьера складывалась в рамках крупного торгово-промышленного холдинга, где я занимала позицию начальника юридического отдела. Холдинг включал много структур и динамично развивался: мы покупали земельные участки, строили заводы по производству волокна и переработке пластиковой тары в разных регионах России и сопровождали реализацию этой продукции. Я уходила с управленческой должности для построения практики недвижимости и строительства, а также практики корпоративного права и M&A внутри Lidings. Это была новая задача, которая увлекла меня.

— Практика недвижимости и строительства активно развивалась в те годы?

— Да, у нас было много приватизационных проектов, особенно по выкупу земель под промышленными предприятиями. Определенное время именно это направление деятельности приносило компании большую часть прибыли.

— Какой из реализованных за время работы в Lidings проектов был самым запоминающимся?

— Один из первых крупных приватизационных проектов — по выкупу большого земельного участка в на юге Москвы под табачной фабрикой Liggett Ducat, принадлежащей Japan Tobacco International, в 2008 году. Нам удалось не только выкупить эту территорию (количество подобных проектов, реализованных в столице, можно пересчитать по пальцам двух рук), но и существенно снизить ее выкупную стоимость. Работа по этой сделке совпала с реформированием законодательства и была связана с взаимодействием с большим количеством органов и лиц. Это было очень интересно.

ДМИТРИЙ ГРАВИН:

— Как и почему вы пришли в Lidings?

— Я пришел в Lidings летом 2012 года в качестве партнера, ранее занимал должность советника и партнера в московском офисе международной юридической фирмы Norton Rose (позже Norton Rose Fulbright). На момент моего перехода Lidings уже прекрасно зарекомендовала себя на рынке. В первую очередь я обратил внимание на специализацию фирмы — консультирование иностранных компаний по вопросам российского права с соблюдением высочайших международных стандартов профессии. Мне это было близко, так как у меня очень большой опыт в сфере юридического консалтинга и работы с иностранными структурами. Можно сказать, что я один из первых отечественных специалистов с квалификацией международного уровня, представлявшего интересы западных банков, международных кредитно-финансовых организаций и банков развития еще в середине 90-х.

— За какую практику отвечаете?

— В Lidings я возглавляю практику банковского и финансового права.

— Какой из реализованных за время работы в Lidings проектов был самым запоминающимся?

— Обеспечение правовой поддержки выпуска облигаций на сумму три миллиарда рублей «Международным Банком Азербайджана — Москва» — российской банковской структурой, входящей в группу МБА, выступившую оферентом по приобретению размещаемых облигаций.

На основании нашего правового заключения международное рейтинговое агентство Fitch Ratings присвоило данному выпуску долгосрочный рейтинг BB (EXP) («стабильный»). И это был первый случай на российском банковском рынке, при котором на основании оферты со стороны материнского банка дочерняя структура получила рейтинг, равный рейтингу материнского банка.

СТЕПАН ГУЗЕЙ:

— Когда вы присоединились к Lidings?

— Я начал работу в фирме в начале 2012 года в качестве советника, ранее трудился старшим юристом в юридической фирме Vegas Lex. Для Lidings это был первый опыт найма специалиста высокого уровня со своим пулом клиентов. Достаточно быстро, через год, в феврале 2013 года я был назначен партнером.

— За какую практику отвечаете?

— Мой приход в фирму совпал со значительным ростом судебной практики, и в настоящее время я сконцентрирован в этом направлении. Например, мы с Андреем Зелениным уже более четырех лет совместно ведем крупный, многомиллиардный проект с иностранным элементом. Также в рамках моей компетенции я сопровождаю проекты, связанные с налоговыми и таможенными вопросами. Еще можно отметить расширение направления международного арбитража, которое развивается нашими усилиями.

— Какой из реализованных за время работы в Lidings проектов был самым запоминающимся?

— Крупнейшее в Европе банкротство физического лица — Шона Куинна, некогда самого богатого бизнесмена Северной Ирландии. В этом деле мы представляем интересы ирландского государственного банка Irish Bank Resolution Corporation. В 2008 году господин Куинн получил государственные субсидии, инвестировал их в строительство бизнес-центров и иных объектов в Москве, Казани, Нижнем Новгороде, Уфе и других городах России и СНГ, пытался вывести эти активы из процедуры банкротства и скрыть их путем заключения цепочки сделок по уступке прав требования по ряду обеспеченных недвижимостью кредитных договоров. Эти сделки были признаны недействительными сначала в Ирландии, потом нашими силами в России. На сегодняшний день часть активов возвращена, борьба в отношении остальных продолжается.

СЕРГЕЙ КИСЛОВ:

— Как вы пришли в Lidings?

— Я присоединился к Lidings в 2012 году в качестве старшего юриста судебной практики, ранее работал в АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры». Меня заинтересовали нестандартный подход к бизнесу и маркетингу, креативность коллег. В фирме царила атмосфера свободы, которая особенно ощущалась на контрасте с предыдущим местом работы. Кроме того, я увидел возможности для собственного роста и не ошибся: в прошлом году я был назначен партнером фирмы.

— Вы являетесь одним из трех партнеров, который специализируется на судебном разрешении споров. Как между вами делятся зоны ответственности?

— У нас есть условное разделение по компетенциям: Андрей Зеленин специализируется на международных и IP-спорах, Степан Гузей — налоговых и таможенных спорах и спорах с Федеральной антимонопольной службой. Я занимаюсь корпоративными спорами и уголовно-правовой защитой бизнеса. При этом любой из нас может подключиться к работе по крупным проектам.

— Какой из реализованных за время работы в Lidings проектов был самым запоминающимся?

— Есть интересная история, которая еще не закончилась, но на данный момент обросла таким количеством нетривиальных решений и определений, что не рассказать о ней нельзя. Компания, которая занимается ритейлом, накопила существенные долги перед контрагентами и ликвидировала себя. Для того, чтобы вернуть деньги кредиторам этой компании, мы оспорили ликвидацию и восстановили соответствующее юридическое лицо. Однако, пока решение о воскрешении вступало в законную силу, дружественный должнику кредитор инициировал процедуру контролируемого банкротства на основе судебного акта, который был принят год назад. Все процессуальные сроки на оспаривание этого акта истекли, но мы смогли доказать свою заинтересованность в оспаривании и то, что мы не знали и не могли знать об этом акте, и получили постановление апелляции, которое отменило решение, на основе которого происходило признание должника банкротом нашими оппонентами. Таким образом, нам удалось разрешить безвыходную ситуацию, в которой должник как субъект права отсутствовал, а у нас не было рычагов влияния на процедуру банкротства. Более того, в настоящее время у нас накоплена достаточная для возбуждения уголовного дела доказательственная база.

СЕРГЕЙ ПАТРАКЕЕВ:

— Как вы пришли в Lidings?

— Начало моей карьеры связано с юридическим консалтингом — я успел поработать в нескольких зарубежных юридических фирмах, представленных в России (Beiten Burkhardt, Pavia e Ansaldo, Cliff ord Chance). Затем мне удалось получить интересный опыт в M&A и привлечении финансирования (размещение и погашение евробондов) на позиции инхаус в компании «МегаФон». На определенном этапе я оказался на развилке: продолжать ли работу в инхаусе или вернуться в консалтинг? В 2011 году я сделал выбор в пользу последнего и присоединился к команде Lidings в качестве старшего юриста. Это оказалось правильным решением. В 2012 году я стал советником, а в 2014-м — партнером Lidings.

— За какую практику отвечаете?

— Я отвечаю за практику корпоративного права и M&A, на которую приходится немалая доля общей проектной нагрузки. Также своим достижением считаю наработку компетенции, которую я с нуля начал развивать в Lidings, — нормативное регулирование фармацевтической отрасли. До прихода в компанию я не сталкивался с этим направлением, но за несколько лет фокусного внимания к отрасли приобрел хорошую экспертизу, закрыл несколько проектов, и клиенты это оценили: сегодня мы считаемся одной из немногих юридических фирм в России, способных предложить юридическую экспертизу именно по индустриальному направлению фармацевтики.

Мы прекрасно понимаем, что далеко не всегда юристы-консультанты, сопровождающие клиента из фармацевтической отрасли, сами разбираются в тонкостях фармацевтического регулирования.

— Какой из реализованных за время работы в Lidings проектов был самым запоминающимся?

— Пожалуй, сейчас логичным было бы выделить проект, который как раз находится на стыке M&A и фармацевтики. Некоторое время назад мы со стороны покупателя сопровождали российскую часть сделки по приобретению гемодиализового бизнеса между двумя международными фармацевтическими компаниями. С точки зрения самой сделки, наверное, ничего необычного не было. Но на примере этого проекта мы смогли убедиться в наших конкурентных преимуществах как в части собственно фармацевтической экспертизы, так и в части некоторых технических моментов (например, по сравнению с международными юридическими фирмами у нас ниже вероятность конфликта интересов).

LIDINGS: ИСТОРИЯ ФИРМЫ

2006

Сергей Аксенов и Андрей Зеленин основывают юридическую фирму Lidings, ориентированную на предоставление юридических услуг иностранным компаниям в России.

2008

Татьяна Бичева назначена партнером фирмы. Lidings открывает представительский офис в Санкт–Петербурге, усиливая свои позиции в предоставлении юридических услуг компаниям из Скандинавии и Прибалтики.

2009

Lidings проводит ребрендинг: корпоративными цветами становятся красно-бордовый и серо-серебряный, а логотип фирмы — объемным.

2012

Дмитрий Гравин переходит из Norton Rose в Lidings на позицию партнера.

2013

Фирма объявляет о назначении партнером Степана Гузея. Количество клиентов фирмы превысило 350 компаний. The Legal 500 EMEA 2013 рекомендует Lidings во всех областях практики.

2014

Фирма объявляет о назначении партнером Сергея Патракеева.

2015

Фирма объявляет о назначении партнером Сергея Кислова. Количество клиентов фирмы достигает 500 команий.