Что значит быть юристом фармацевтической компании?

In Без рубрики, Интервью, Новости by Маргарита Гаскарова0 Comments

Поделитесь:

SNEG2681 Мы продолжаем представлять победителей конкурса «Лучшие юридические департаменты России — 2015». Победителем номинации «Фармацевтика» стал юридический отдел компании Pfizer, директором которого с 2014 года является Лилия Данилова. О том, как работают в сегодняшних непростых условиях юристы международной фармацевтической компании, читайте в интервью с Лилией Даниловой в апрельском Legal Insight.

А пока предлагаем вам ознакомиться с ответом юристов Pfizer на вопрос: «Что значит быть юристом в международной фармацевтической компании?», на который они отвечали в конкурсном эссе.

Это значит:

  • уметь объяснить любому сотруднику компании, а также партнерам компании, что такое FCPA и почему они должны соблюдать определенные требования, предусмотренные данным законом;
  • быть всегда готовым к новым правилам игры: фармацевтическая индустрия, будучи одной их стратегически важных отраслей, находится в постоянном фокусе регулятора, что естественным образом отражается на количестве нормативно-правовых актов, принимаемых в сфере обращения лекарственных средств, биологически активных добавок, изделий медицинского назначения и т.п.;
  • разбираться и быть готовым объяснить представителям государственных органов, не имеющим отношения к фармацевтике, что такое «серотип-специфичная защита», «иммунный ответ», «белок-коньюгат»;
  • иметь достаточно доводов в запасе, чтобы объяснить коллегам последствия принятия решений, привлекательных для бизнеса, но рискованных с юридической, этической точек зрения, даже если коллеги ссылаются на аналогичную практику конкурентов;
  • иметь недюжинное терпение, так необходимое для проверки правильности определения  статуса PIGO (potentially influencing government officials) контролеров, определяемых по различных транзакциям компании (от 3 до 60 человек по одной транзакции);
  • быть на связи 20 часов в сутки: срочные вопросы могут поступить как из Нью-Йорка, так и с Дальнего Востока, а от скорости ответа может зависеть чья-то жизнь. Например, недавно за сутки (при среднем сроке оформления 21 день) было одобрено и оформлено пожертвование продукта, который срочно понадобился пациентке, перенесшей пересадку легких и через 10 лет госпитализированной с острыми осложнениями.
  • всегда быть готовым объяснить головному офису, почему в России вряд ли можно рассчитывать на меры предварительного обеспечения в патентных спорах или почему нет оперативных механизмов предотвратить нарушение патентных прав, или прав на защиту данных на результаты доклинических и клинических исследований.

Этот перечень можно продолжать бесконечно, и дополнять его различными случаями, серьезными, курьезными (например, когда мы  оценивали правовые последствия химической кастрации хряков). 

Leave a Comment